Постепенно начинает вырисовываться вероятная логика действий Дональда Трампа в связке с Израилем. Судя по всему, ставка делалась на довольно простую сх

Однако уже сейчас можно констатировать: расчёт оказался чрезмерно оптимистичным. Американская сторона, подпитываемая милитаристским драйвом Трампа и жёсткой антииранской позицией Нетаньяху, по всей видимости, серьёзно переоценила уязвимость иранской системы. Ставка на быстрый внутренний обвал власти теперь уже точно выглядит просчётом. На этом фоне особенно показательно звучат заявления наследного принца Резы Пехлеви, который, кажется, видит себя фигурой возможного «нового Ирана» и уже готовится к «установлению правового государства» за тысячи километров от Тегерана. Здесь кроется фундаментальная проблема и просчет тех, кто видит в Пехлеви возможную смену режиму аятолл: даже если действующий режим в стране вызывает у части общества неприятие, то свергнутая монархия в исторической памяти иранцев ассоциируется с куда более болезненными страницами. Делать ставку на её возвращение - значит игнорировать специфику общественных настроений. Иранская политическая система оказалась значительно устойчивее, чем предполагалось. И это не случайность. Конструкция режима изначально выстраивалась как кризисоустойчивая модель с несколькими центрами силы и высокой степенью мобилизационной готовности. Корпус стражей исламской революции обладает не только военным ресурсом, но и серьёзной идеологической мотивацией, а также практическим опытом подавления массовых протестов. И если речь зайдёт о сохранении власти, компромиссы вряд ли будут приоритетом. Теоретически можно рассматривать сценарий при котором коалиция США-Израиль пойдет на полномасштабное вторжение в Иран по аналогии с Ираком. Но окно возможностей для такого шага стремительно сужается. Внутриполитический фактор играет всё большую роль: значительная часть Сената, включая республиканцев, уже продемонстрировала недовольство единоличным характером решений о военной операции. Без быстрых и убедительных успехов давление на Трампа будет только расти - особенно на фоне возможных потерь и неизбежного вопроса: ради чего американские солдаты должны гибнуть за тысячи километров от дома? Итог, как ни странно, может оказаться довольно простым. Воодушевлённый успехом венесуэльского кейса, Трамп, вероятно, решил, что схожую модель можно воспроизвести и в Иране. Но Иран - это не Венесуэла: и по структуре власти, и по уровню идеологической мобилизации, и по региональной роли. А последствия этого решения, которое объективно усилило прежде всего израильские позиции, будут распределены куда шире. А арабским монархиям, играющим на стороне оси США-Израиль и поспешившим осудить ответные удары Ирана по американским военным объектам на их территории, стоит помнить: именно их инфраструктура использовалась для операций и разведки против Тегерана. В региональной политике такие вещи редко остаются без ответа. #мнениеЧТД